Во время моего детства это был гимн озабоченных школьников. Время идет а онанисты остаются.
- Кто-нибудь хочет? - Я хочу!
- Здесь кто-нибудь хочет? - Я хочу!
- А еще кто-то хочет? - Я хочу!
- Отлично! И еще вопрос:
Кто-нибудь хочет? - Я хочу!
- Здесь кто-нибудь хочет? - Я хочу!
- А еще кто-то хочет? - Я хочу!
- Вопросов больше не имею!
Все начиналось с того, что я однажды родился,
Я очень скоро узнал, что все на свете мне нельзя:
Нельзя погладить слона, нельзя стегать девчонок ранцем
И нельзя на километр приближаться к иностранцам.
И что нельзя хомяка положить к себе в кровать,
Нельзя подглядывать к сестре, когда она ложится спать,
Нельзя линейкой дымить, нельзя дружить с озорниками,
И очень сильно издеваться над жуками!
Но что такое "нельзя" я узнал лишь когда слегка подрос,
Я смог оценить размеры бедствия всерьез,
Когда однажды где-то в возрасте 15 лет
Мне все девчонки объявили эротическое нет!
Ну и как мне теперь одолеть мое влечение:
Один в заточеньи и скажите зачем я взрослел?
Я считал, что все сам себе позволю -
И вот я большой, и теперь такое горе!
Ой-е! Шире вселенной горе мое!
Ой-е! Ой-е-е-е-е-е!
Да ну и пусть! Не беда! Перегорюю как нибудь!
Ведь можно строить города и лететь на Млечный Путь,
Я могу быть спортсменом, суперменом, моряком,
И влечение мое завязать узелком!!!
Но только по ночам выбегает печаль: "О, боже, как я хочу!
Ведь все гуляют, что же я один грущу!"
Я не знаю как быть и что мне делать с собой?
Ну дайте же мне хоть кто-нибудь свою любовь!
Ой-е! Шире вселенной горе мое!
Ой-е! Ой-е-е-е-е-е!
Когда я буду большим и важным,
Я это запросто все улажу.
Допустим, я буду мэр столичный -
Я все указы составлю лично:
Чтобы девчонки всегда хотели,
В любой момент, в любой день недели,
Хотели яростно и беззаветно
Любого, кто на расстоянии метра,
И в темноте, и при свете солнца,
И старых перцев, и мелких поцев,
И чернобровых, и белобрысых,
И даже толстых, рябых и лысых!
И в поддержание моей платформы
Я буду лично сниматься в порно.
Но это будет еще не скоро,
И это очень большое горе!
Ой-е! Шире вселенной горе мое!
Ой-е! Ой-е-е-е-е-е!